Где отдохнуть  в январе феврале марте апреле мае июне июле августе сентябре октябре ноябре декабре Где отдыхать с ребенком

Страны в Интернете: рассказы о путешествиях

Туры | Рассказы о путешествиях. Конкурс рассказа | Контакты |

На главную Кения
Кения

Hi!

Кения
Фото Кении
Кения

Кения

<< Стр. 1     << Стр. 2     Стр. 3,  Окончание

Кения, флаг

 

 


  Предложения
туристических компаний

Отели в Кении
Туры в Кению

Путеводители
Книги
Сувениры
Картины

Фото из разных стран

Хорошие страны:
Абхазия
4 страны Африки
Бангладеш
Бахрейн
Белоруссия
Бенин
Бирма
Ближний Восток
Болгария
Бразилия
Бурунди
Венгрия
Вьетнам
Гана
Германия
Горы Гималаи
Греция
Грузия
Европа: на автомобиле
Египет
Израиль
Индия
Индонезия
Иордания
Иран
Испания
Италия
Йемен
Камбоджа
Страна Камчатка
Канарские острова
Кения
Китай
Конго
Куба
Латвия
Ливан
Ливия
Мавритания
Малайзия
Марокко
Мексика
Непал
Норвегия
ОАЭ
Пакистан
Польша
Россия
Руанда
Румыния
Северная Корея
Сирия
Судан
Таиланд
Тибет
Того
Туркмения
Турция
Уганда
Украина
Франция
Черногория
Чехия
Швеция
Шри-Ланка
Южная Корея
Эквадор
Япония




Куда поехать отдыхать
в ноябре за границу


Куда поехать отдыхать
в декабре за границу


Куда поехать
на Новый Год?


Куда поехать отдыхать
с ребенком зимой





Рассказы и отзывы туристов
о разных странах.
Конкурс рассказа >>

 

 

Антон Кротов
200 дней на юг
Путешествие автостопом через 17 стран Африки

Путешествие
автостопом
через 17 стран
Африки


 

Александр Редько
7000 километров
по Африке

Приключения в ЮАР, Ботсване, Замбии, Малави, Танзании, Кении, на острове Занзибар, а также мысли, ими навеянные

Приключения
в Африке

 


Кения. ЖирафКения. Джамбо* Африка!


В 10.00 ко мне в номер позвонил Колонизатор - «Мы внизу, спускайся». С рюкзаком и кучей тюков, набитых сувенирами, бегу к лифтам. Один не работает, а второй занят. Пришлось спускаться с неприподъемным багажом на своих двоих. Ребята ждали меня в вестибюле. У всех красные, обгоревшие лица, потрескавшиеся губы, облупившиеся носы. Жесткое солнце на пару с морозом и сильным ветром, свирепствующим на куполе, оставили свои отметины. Зато глаза светятся счастьем от того, что они были Там, на самой высокой точке Африки. Пообнимались. Я каждого поздравил с восхождением. Танзанийские проводники участливо справлялись о моем здоровье и выражали искреннее сожаление, что я не смог потоптать макушку Кили вместе с ними.
Из отеля сразу поехали в офис турагенства, где договорились, что посещаем еще два парка (Нгоро-Нгоро и Лейк Маньяра), а от поездки в парк Серенгети отказываемся, так как после посещения шести национальных парков мы уже вряд ли сможем увидеть там что-либо новое. Зато это позволит слетать на Занзибар.
Менеджер агентства насчитала нам за посещение двух парков и дорогу до аэропорта по шестьсот долларов с каждого, но в итоге сошлись на цене триста пятьдесят долларов. После завершения переговоров и оплаты маршрута пообедали в уже основательно обжитом мной отеле Импала и, попрощавшись мысленно на несколько дней с Килиманджаро и Мэру, помчались на восток в сторону национального парка Нгоро-Нгоро (в переводе с масайского «глубоко-глубоко»).
Черная лента асфальта пролегала по плоскогорью, заставленному базальтовыми конусами. Между ними раскиданы масайские деревушки, похожие на семейки грибов-боровиков, с толстыми ножками и широкими шляпками-крышами. По саванне бродят зебры, изредка возвышаются жирафы. Возле хижин пасутся коровы, козы. На три-четыре деревушки, как правило одна школа прямо у дороги: двускатная крыша, легкие стены, огромные окна, спортивная площадка. Занятия уже закончились и мы то и дело обгоняли школьников и школьниц, возвращавшихся домой. Танзания небогатая страна, но какая повсеместная забота о детях и их образовании!
Любопытно как танзанийцы строят мосты через речки – они их … не строят вообще: в том месте, где дорога пересекает русло, асфальтовое полотно плавно опускают на один-полтора метра так, чтобы вода беспрепятственно текла поверх дороги. Малозатратно, быстро и в паводок не смоет!
Заночевали в километрах тридцати от парка, в кемпинге на лесистом склоне горы. Нас впечатлили уют, удобство и безупречный дизайн не только построек, но и территории, особенно в центре кемпинга. Очень удачный подбор кустарников и цветов. Ветви некоторых деревьев сплошь увешаны шарообразными гнездами ткачиков с отверстиями снизу. Непонятно, как яйца (а затем и птенцы) не вываливаются оттуда.
Закат сегодня фантастически красив. Раскаленный шар расплющило между обугленных туч, вытянувшихся вдоль горизонта. Свод неба над ними пылал, играя всеми оттенками красного цвета – от нежнейше розового до сочно бордового. В зените он густел до фиолетового. Дно же долины, вплотную подступавшей к холму, на котором стоял наш отель, отсвечивало лиловым. Какое невообразимое разнообразие красок!!! Пожалел о том, что я не художник.
Утром выехали в парк Нгоро-Нгоро. Он занимает дно громадного кратера, имеющего в поперечнике 18 километров и глубину 610 метров, при этом высота стен снаружи превышает 2000 метров. Когда-то эта древняя кальдера была огромным вулканом. Но около трех миллионов лет назад вулкан взорвался, и все его содержимое было исторгнуто и рассеяно по окрестным равнинам.
Трудно словами описать масштабы и уникальность этого кратера, потому что в мире нет ничего, что могло бы сравниться с ним. Это рай, забытый Богом. Это одно из немногих мест в Африке, где можно увидеть всю «африканскую большую пятерку» за один день. Здесь в ущелье Олдувай, археологи обнаружили древнейшие останки человека и его предка – австролопитека. Не исключено, что Нгоро-Нгоро - первородина человечества!
Парк уникален еще и тем, что за счет естественной изолированности, превратился в резервацию, в которой образовалась своя сфера обитания для многих видов животных. Они, не имея возможности (или желания) выбраться на Большую землю, из поколения в поколение рождаются, живут и умирают в этой котловине, не ведая перемен происходящих снаружи.

 

Одолев длинный подъем, джип вывез нас на узкий базальтовый гребень, обрамляющий кратер. Дно кальдеры терялось в голубоватой дымке. Жутковато. Проехав по кромке кратера километров десять, водитель заглушил двигатель - порвался ремень вентилятора. Встали, кстати, весьма удачно - напротив чудной туристической деревеньки, с лоджами* построенными на склоне кратера. Внешне вроде обычные африканские хижины на сваях, но внутри невообразимая роскошь и изысканность. Право пожить в ней одни сутки стоит 945 долларов!

*Лоджа - гостевой домик (хижина)

Поселение идеально вписано в ландшафт, а его обитателям отсюда, с гребня кратера, открывается восхитительная панорама: крутые лесистые склоны, холмистое дно кратера, оживляемое зеркальной чашей озера. На тучных лугах, рассеченных змеевидными ручьями, чуть видны бурые пятна - стада животных.
Домики на сваях расположены на скате кратера таким образом, что когда сидишь на террасе, то кажется, будто ты один на один с этим затерянным миром и белохвостым орлом, парящим над ним.
Зашли в распахнутую дверь ресторана и застыли в изумлении. Думаю, даже королевские дворцы не могут похвастать таким богатым убранством. Каждая деталь, каждый предмет вызывают своим изяществом и изысканностью восхищение. Огромный, овальный стол, кожаные кресла, камин, хрустальные люстры и посуда, дорогие вина, коньяки. На отдельных столиках в зале и на открытой террасе с видом на кратер, букеты свежих цветов. Сказка! Но больше всего меня поразило то, что все это великолепие и богатство никто не охранял – мы свободно ходили, фотографировали, рассматривали, брали в руки, заинтересовавшие нас предметы, а вокруг никого из персонала. Они живут в полукилометре в отдельной деревушке, похожей из-за высокой глинобитной ограды, на крепость и приходят сюда видимо в назначенные часы.
Поскольку новый ремень вентилятора еще не подвезли, решили впервые за время пребывания в Африке позагорать. Разлеглись на лужайке под лучами заснувшего в зените солнца. Получасовой солнечной ванны самому белокожему из нас Фотохудожнику оказалось достаточным, что бы на следующий день его живот покрылся волдырями, а сам он стал напоминать королевскую креветку, только что вынутую из кипятка. На экваторе солнечные ванны опасны. После этого бедняга Петр даже через неделю в Занзибаре, на берегу океана, не отважился снять футболку. Остальные тоже обгорели, но не до такой степени.
Ура! Наконец привезли ремень. Путешествие продолжается!
Проехав по ребру кратера еще километров пять, начали, отчаянно маневрируя между скальных выступов, спускаться ко дну впадины, к месту, где расположено озеро Магади. На его обширной площади обитала небольшая, всего в две-три тысячи голов, стая розовых фламинго. После сотен тысяч птиц на озере Накуру она, конечно, не впечатлила. С лесных склонов кратера сбегает несколько речушек. Достигнув дна котловины, они успокаиваются, и лениво огибая мягкие складки холмов, впадают в водоем. Часть речушек с чистой, прозрачной, как слеза водой, а часть с мутноватой – видимо от грязи, поднятой животными на водопоях.
Поначалу они встречались по одиночке, а дальше, ближе к центральной части, и тем более в северной, более холмистой, влажной и богатой кормами, уже большими стадами и табунами. Здешние звери отличаются несуетным спокойствием, чувством собственного достоинства, уверенностью в своей силе.
Первый километр по дну кратера Нгоро-Нгоро запомнился встречей с отвратительными существами – стаей гиен. Глядя на них, невольно приходишь к мысли, что Всевышний создавал их закрыв глаза, из отходов своего производства: задние ноги короче передних, отчего гиена выглядит просевшей назад; тупая, гладкая, словно обритая морда; ржавая с черными, размытыми по краям, пятнами шерсть; небольшая, но очень острозубая пасть; несуразно огромные полукруглые уши и крохотные глазки. Ко всему прочему дурной запах. Безобразней создания не придумаешь!
Их было шестеро. Облепив зад лежащего на боку, еще живого буйвола, они отрывали от него куски мяса. Увидев приближающуюся машину, подняли перемазанные кровью морды и злобно ощерились. Буффало попытался встать, но задние ноги уже не подчинялись. Не в силах смотреть на эту жуткую картину, мы поехали прочь, терзаемые чувством бессилия. (В заповедниках запрещено вмешиваться в естественное течение жизни дикой природы). Нам вдогонку понеслись вопли, похожие на хохот безумного человека. Я невольно содрогнулся – не приведи Господи одному встретиться с такими свирепыми и организованными тварями. Как известно, гиены в основном питаются трупами крупных животных. Нет кости, которую не могли бы разгрызть их сильные челюсти и переварить их желудки. Именно там завершают свой путь тела слонов, носорогов и бегемотов – животных, не имеющих естественных врагов. А если труп уже с душком, то гиены перед трапезой с наслаждением изваляются в тухлятине, а потом съедят даже землю, пропитанную продуктами разложения. Одним словом, ужасно неприятная, но в тоже время необходимая аномалия природы.
Заехав на холм, увидели прайд львов. Когда проезжали мимо, ни один из его членов даже не глянул в нашу сторону. Зато через пару часов, на обратном пути мы стали свидетелями любовных утех льва с одной их львиц. Правда, недолго – наше нездоровое внимание смутило льва, и он поспешил скрыться в кустах.
Всю ночь гремела гроза, из нутра мрачных туч по земле били ослепительные разряды молний, лил дождь. Кемпинг, где мы заночевали, располагался на низменном болотистом месте посреди городка с полукитайским названием «Мто Ва Мбу». К утру, половина его территории оказалось под водой, а вторая половина покрылась жидкой слякотью. Ходить по ней было ужасно неприятно. У меня от этого кемпинга осталось самое удручающее воспоминание.
Сегодня сафари по парку Lake Manyara (озеро Маньяра). Парк включает в себя часть озера с прибрежной поймой и восточные отроги примыкающего к нему хребта. В отличие от Нгоро-Нгоро он весьма ухоженный и опрятный. Возле дорожек указатели, беседки, мостики, смотровые площадки, места для отдыха, туалеты. И все это как-то гармонично, естественно сочетается с окружающим ландшафтом.
Лес густой, тропический. На открытых, светлых склонах растут баобабы впечатляющих размеров. Один из патриархов имел ствол диаметром в семь метров и высоту в двенадцать-четырнадцать метров. Своей формой он напоминал корявую крепостную башню.
Зверей в парке полным-полно. Особенно оленей и антилоп, немало и кабанят. Выскочат на дорогу, и встанут в задумчивости «А куда это мы бежим?», и так и не вспомнив, рассыпаются по полянке в поисках съестного.
Крадучись, подъехали к заливу – месту обитания бегемотов (гиппопотамов) и стали присматриваться: где же эти многотонные чудища. Но на водной глади виднелись одни пеньки, да бревна. Вдруг один пенек зашевелился, и вскоре превратился в огромную тушу: литая спина, округлый массивный зад и голова, вся изрытая бугорками и провалами, с торчащими строго вверх ушами. Следом словно по команде меланхолично задвигались остальные.
Всего мы насчитали десятка три гиппо. Встав, они стали медленно передвигаться по воде к илистому островку. Добравшись до него поочередно, с интервалом в три-четыре минуты, выползали как танки на берег, и ложась на горячий от солнца ил, неподвижно замирали. Детеныши, их легко было отличить не только по меньшим размерам, но и более светлой шкуре, то и дело подныривали под материнское брюхо пососать молока. Изредка царящий покой и тишину нарушало могучее урчание, напоминающее отдаленный раскат грома. Из всех звуков, которые нам уже довелось слышать в Африке, урчание бегемотов было самым громогласным. (Правда, пока мы не слышали трубный рев слонов). Но порой гиппо издавали совершенно удивительные звуки. Они напоминали скрип ладони, трущей мокрую, сильно натянутую резину.
Сафари по национальным паркам Кении и Танзании хороши и полезны уже тем, что перемещаясь по тропическим лесам и саванне, видя почти в каждом перелеске, на каждой поляне стада диких животных, почти не обращающих на тебя внимания, настолько к этому обилию и спокойному отношению зверей к человеку привыкаешь, что начинаешь ощущать самого себя частью этого сообщества. Это ощущение особенно остро проявилось, когда мы находились в парке Маньяра - увидев у дороги человека, по всей видимости, сотрудника парка, я воспринял его с одной стороны как чуждый здесь вид, а с другой разглядывал даже с любопытством, аналогичным тому, как если бы увидел в городе зебру.
Флора в парке разнообразна и красива. Больше всего поразило «шагающее дерево». Его ствол растет наклонно и с кроны к земле свисают воздушные корни. Достигнув земли, они врастают в нее, а старые тем временем постепенно отмирают. Таким образом, дерево перемещается в год на несколько метров.
Наконец-то я пощупал руками и внимательно разглядел африканские термитники – настоящие шедевры строительного искусства! Мы и прежде видели их многие десятки, но везде только из окна автомобиля.
Термиты возводят свои «замки» из частиц земли склеенных слюной и экскрементами. По размерам и по сложности архитектуры, они очень разнообразны. От простого конуса высотой полметра, до многометровых пирамид с множеством боковых конусов, террас, переходов, галерей и вентиляционных стволов, нацеленных в небо. Те, что я осматривал сейчас, по высоте достигали пяти метров и выделялись сложной, многобашенной конструкцией. Самая высокая башня располагается в центре. К ней примыкают несколько схожих по форме, но пониже. Цвет термитника соответствует цвету земли, на котором он стоит. Внутри постройки множество камер, сообщающихся между собой посредством галерей и каналов. Их устройство удивительно рационально приспособлено к сложной системе организации жизни «моно-государства». В глубине «дворца» «царские покои», в которых живут «царь и царица». Рабочие термиты (слуги) заботливо содержат покои и саму царствующую чету в идеальной чистоте. Термиты-сиделки по узеньким коридорчикам выносят отсюда яйца, беспрестанно извергаемые самкой. Строители неустанно ремонтируют, надстраивают, расширяют термитник и делают это, несмотря на то, что слепы от рождения, с удивительной точностью и качеством. Но самое восхитительное то, что в каждом термитнике имеется особая каста, которая занимается сельхозработами: разведением грибов, богатых белком.
Внешне термиты похожи на муравьев, только не черного а белесого цвета и не имеют узкой талии, отделяющей грудную часть тела от брюшка. Средние размеры термитов – один сантиметр. Основная пища – упавшие ветки, стволы деревьев. Но нередко они забираются и в дома, и если своевременно не принять мер, могут изрешетить пустотами все деревянные конструкции, отчего проваливаются потолки, рушатся стены. Необычайно организованные и великолепно запрограммированные насекомые!
Перекусить остановились на берегу озера, на специально оборудованной для этой цели стоянке: стол, скамейки, раковина с водой, мылом и туалет. После трапезы народ разлегся в тени деревьев, а я зашел в озеро, с намерением освежиться, но щелочная вода была столь горяча, что я сразу отказался от этой затеи.
К мощному термальному источнику, бьющему из под горы проехать не удалось. Он находится в самом дальнем углу парка, а речушка, пересекающая дорогу к нему, после ночного ливня, вышла из берегов и наш джип не смог преодолеть водную преграду. К вечеру вода, конечно, спадет, и вместо речки останется сухое русло с чередой луж, но у нас не было времени ждать.
При выезде из парка уперлись в стадо слонов, бредущих по дороге и отрывающих хоботом на ходу пучки травы, растущей вдоль обочины. Трава, исчезавшая во рту, была до того сочной и вкусной, что слоны даже похлопывали себя от удовольствия лопушинными ушами. Нас они игнорировали и степенно зашли в лес только после того как поели.
Ночевать опять поехали в полузатопленный кемпинг. Бр-р-р, опять в эту мерзость! Ужинать зашли в самый популярный здесь ресторан под открытым небом. Всех нас давно обуревало огромное желание съесть что-либо мясное, но в Африке с этим большая проблема – мяса в меню не было. С трудом уговорили хозяина заведения купить у местных крестьян четырех петухов, и запечь их на углях. Ожидая исполнения нашей белковой мечты, заказали местного пива «Килиманджаро» и «Сафари». Пиво оказалось весьма приличным на вкус. Выпив свою норму, я пошел погулять по городку, что бы прочувствовать жизнь его обитателей.
Сойдя с местного «проспекта», вытянувшегося вдоль асфальтовой дороги и застроенного чередой магазинчиков, ларьков, забегаловок, в сторону, я попал на ухабистую, грязную улочку с кучами мусора по обочинам. Хижины удручающе маленькие, построены из подручного материала и неоштукатуренных бетонных блоков. Дворы крохотные, захламленные. Пройдя два квартала очутился на городском рынке, больше похожим на городскую свалку: уродливые покосившиеся навесы, грязные прилавки, все углубления в земле заполнены жидкой грязью в вперемешку со сгнившими овощами, кусками картона, и окурками. Через глубокие лужи переброшены доски. Там где их не нашлось, брошены камни. Антисанитария невообразимая. Тем не менее, я не удержался и купил к пиву вяленых зубастых рыбешек с озера Виктория, и вырезанные из черного дерева фигурки леопардов и антилоп. По вполне доступной цене – пять-семь долларов за одно изделие. Очень хотелось купить еще и масайский лук со стрелами, унизанными кованными железными наконечниками с крючками устрашающего вида по бокам. Но больно уж они были большие, а у меня и так уже набралось два объемных тюка сувенирных поделок и картин – как увижу что интересное, так не могу устоять – беру (правда, сначала торгуюсь до упора). Моя особая гордость древнее резное панно с ажурными сценами охоты масаев, фигурками зверей, ликами африканских божеств*.
Минуло три часа, когда нас наконец осчастливили жилистым мясом

*При перелете в Москву панно раздавили на 79 осколков, которые я, уже дома, склеивал четыре дня. Получилось так филигранно, что сейчас никто не верит, что оно было целиком разрушено.

местных петухов. Надо сказать, танзанийская кухня не отличается изысканностью и национальным своеобразием. По большей части уродливое копирование европейских блюд. Из местных разносолов можно отметить козлятину, жареную с бананами на решете; мясо и бананы в сушеном виде, и ряд других блюд на основе все тех же бананов – африканского картофеля; из алкогольных напитков популярна коньяги – водка из папайи.
Длительность времени исполнения заказа компенсировалась сравнительно низкой ценой: за пиршество с пивом и петухами с нас взяли по десять долларов с носа. Любопытно, что, несмотря на до безобразия длительный срок приготовления мяса ни кто из нас ни разу не возмутился. Все демонстрировали спокойствие и довольство жизнью.
За две недели нашего пребывания на черном континенте, мы так прониклись местным пофигизмом, что и сами уже стали относиться ко всему происходящему в соответствии с двумя основными принципами жизни африканцев. Первый – «акуна матата». Что дословно означает «нет проблем». Но философский смысл этого выражения гораздо глубже и шире: живи просто, весело, не задумываясь; в жизни нет неразрешимых проблем, и не стоит их самому придумывать. Второй – «поле, поле» - «медленно, медленно». Этот принцип предпологает, что не надо торопиться, живи не спеша, с удовольствием, смакуя и растягивая каждый миг.
Мудрые взгляды. Мне, по крайней мере, они нравятся, хотя никогда так не жил, и вряд ли буду.
Ночью небо и землю опять корежили удары молний, раскаты грома. Даже возвышение поляны, на которой я спал, залило водой. Что бы не утонуть, я перебазировался под навес столовой: сдвинул обеденные столы и, постелив полиэтилен, улегся прямо на них в спальнике. Красота!
Возможно, кого-то интересуют цены на продукты в Танзании. Так вот, они мало отличаются от российских. Видимо в странах с открытой экономикой и свободным перемещением товаров, цены со временем выравниваются и соответствуют средним мировым.
Утром, приехав в Арушу, забрали в офисе турагентства оставленные на хранение вещи и после очередного, теперь уже последнего обеда в полюбившемся всем отеле Импала, отправились в аэропорт, что в тридцати пяти километрах от города – как раз на полпути «Аруша-Килиманджаро». В аэропорту при досмотре у меня изъяли швейцарский многофункциональный ножичек. Простофиля – забыл переложить его в багаж. Вершину Килиманджаро из самолета отснять не удалось – мешала сплошная облачность.
***
Подлетаем к острову Занзибар*. В голове помимо воли все время вертятся одни и те же жизнерадостные строки «Мы живем на Занзибаре, Калахаре и Сахаре, на горе Фернанда По, где гуляет гиппопо». На горе Фернанда По мы уже были. А скоро потопчем и Занзибар.
Запомнившийся с детства остров богат обширными плантациями гвоздики (по ее экспорту Занзибар занимает первое место в мире), корицы, мускатного ореха. Недаром Занзибар часто именуют островом специй.
Из аэропорта нас долго везли по одно-двух этажным трущобам Стоун Тауна (Каменного города), административного центра острова. Глядя на царящую вокруг нищету и разруху, я испытывал разочарование близкое к ужасу – неужели среди этой неприглядности придется отдыхать?! Но, слава Богу, сам исторический центр, отстроенный в типично арабском стиле, порадовал. Двух-трех этажные старинные особняки с балконами и террасами, кое-где, правда, облупившимися; чистые узкие улочки, рестораны, небольшие уютные отели, сувенирные лавки. На берегу средневековый форт из отесанных глыб дикого камня.
Неподалеку от городского рынка стоят рядышком католический костел и мусульманская мечеть. Крест и полумесяц, вознесенные в небо, как бы символизируют то, что Бог един и делить христианам с мусульманами нечего. Просто мусульмане называют своего Бога по-другому - Аллахом, что естественно – на языке каждого народа одно и то же понятие или предмет именуются по-разному, но их суть от этого не меняется. Да и проповедуемые Христом и Магометом заповеди схожи. Так чего мы иногда делим и о чем спорим?! Почвы то для серьезных разногласий на самом деле нет, но зато есть лидеры, которым не хочется мира и единения паствы с тем, что бы продолжать властвовать хотя бы в пределах своей вотчины, а еще лучше – постараться расширить ее, пожертвовав за это многими тысячами жизней.
Что на Занзибаре хорошо – здесь не ощущаешь современной цивилизации. Живут себе люди в ХIХ веке и в ус не дуют. О том, что на дворе XXI век напоминают лишь автомобили, едва протискивающиеся по узким, в два метра шириной, улочкам.
Закинув вещи в номер, спешим на свидание с океаном. На небе ни облачка: на острове, из 365 дней – 360 солнечных! У причалов стоят в разнобой африканские парусные лодки с боковым противовесом и нарядные, белоснежные яхты. На мелком, плотно прибитом волной, беловатом песке ватаги подростков гоняли футбольный мяч. Глядя на них, невольно залюбовался красотой стройных, мускулистых тел, пропорционально сложенных. Африканские женщины в этом плане проигрывают африканским мужчинам. А вот у нас, в России, наоборот – как раз женщины сложены идеально и выглядят намного привлекательней мужчин. Интересно, отчего такое различие?

* В 10-м веке на острове образовался исламский султанат. В 1832 году султан Омана перенес сюда даже свою резиденцию. В 1963 году Занзибар приобрел независимость, а в 1964 года добровольно вошел в состав Танзании.
Изумрудного цвета теплая, ласковая вода Индийского океана, показалась необычайно соленой и маслянистой. Раскинув руки, я лег на спину. Расслабился и забыв обо всем с полчаса качался на волнах, пропитанных бликами солнца, то и дело поминая добрым словом Доктора. Именно по его настоянию в программу нашей экспедиции был включен четырехдневный отдых на побережье Индийского океана на острове из с детства.
Уровень счастья в эти минуты во мне, наверное, зашкаливал. Ощущение блаженства, заполняло все тело, и, переливаясь в океан, возносилось клубами дурмана в бездонную синеву неба. За эти счастливые минуты в голове не шевельнулось ни одной мысли. Каждый нейрон ощущал только одно – счастье и покой. Жаль, что подобное состояние редко посещает мой организм. А может наоборот хорошо – на перепадах острее ощущаешь.
Насладившись вселенским покоем, одел маску с трубкой, ласты и подрейфовал вдоль гряды коралловых рифов. Видимость колебалась от десяти до двенадцати метров: в воде много каких-то беловатых микрочастиц. Я ожидал большей прозрачности. (В Хорватии на Адриатике, на островах, видимость местами достигает двадцати пяти метров). В изумрудной толще переливчатых теней парили, сновали рыбы всех цветов радуги. Это буйство красок оттеняли своей молочной полупрозрачностью, величавые колокола медуз.
Вечером всей группой пошли прогуляться по набережной и послушать в тиши южной ночи, завораживающий шелест волн, но не тут то было. Береговая полоса оказалась сплошь покрытой огнями жаровен с диковинными морепродуктами. Между ними неимоверная толчея и многоголосье. Все чего-то покупают, едят, пьют. Не устояли и мы. Набрали океанской экзотики, нанизанной на острые бамбуковые шампурики или сложенной на одноразовые тарелки. Заказали, к несчастью, и вино. Нам на все сразу называли цену, но денег не брали: «Расчет потом, когда поедите, попьете, отдохнете». Как оказалось, это было со стороны торговцев проверенной хитростью. Когда завершили пиршество, африканцы запросили с нас сумму раза в два большую, чем мы предполагали. Последовал длительный эмоциональный спор, с все возрастающей агрессивностью со стороны местных продавцов.
Антон, недаром у него кликуха Колонизатор, сумел своим спокойствием и железной логикой разрядить накал страстей и сбавить сумму процентов на тридцать. На том и разошлись, но чудный вечер был испорчен.
Весь день знакомились со старой частью Стоун Тауна. Нас всех поразила то обостренное внимание и любовь, с которыми местные домовладельцы относятся к входным дверям. Делают они их из широких массивных досок, богато украшенных филигранной чеканкой и бронзовыми кружками с остроконечными шипами, торчащими из них.
В одном из сувенирных магазинов я удачно приобрел великолепные акварели на холсте, выполненные в жизнерадостном африканском стиле.
Зашли на бывший невольничий рынок. Сейчас здесь музей. Через низенькую дверцу, в сопровождении гида, спустились в каменные казематы, в которых еще сто лет назад томились африканцы, покупаемые европейскими колонизаторами для отправки в Южную и Северную Америки. (Сейчас потомки этих работорговцев именуют себя демократами и все поучают, как нам россиянам следует жить).
Потолки в казематах такие низкие, что даже человеку среднего роста невозможно выпрямиться. Земляной пол имеет уклон к желобу, по которому стекали в выгребную яму испражнения закованных в кандалы людей. При этом на одного человека приходилось всего по одному квадратному метру. Во дворе на площади сохранились прямоугольные ямы, в которых невольников показывали покупателям. Сердце сжимается от ужаса, когда пытаешься представить те страдания и унижения, которые выпадали на долю самого ходового товара Африки в ХVIII-XIX веках.
По подсчетам специалистов Черный континент потерял из-за продажи его жителей в рабство около сорока процентов потенциального генофонда. Только в Новый свет было вывезено из Африки до двадцати миллионов человек. При этом тридцать процентов из них погибли при пересечении Атлантического океана в трюмах судов, куда их набивали сотнями. Причиной процветания этого варварского бизнеса была его баснословная прибыльность. Размышляя об этом преступлении против человечества, понимаешь, что бизнес, лишенный нравственности и социальной ответственности – страшное зло, раковая опухоль на теле нашей цивилизации.
А ведь занимались работорговлей, по крайней мере, являлись заказчиками и покупателями люди, приехавшие в Америку из почтенной Западной Европы. В России если и торговали людьми то, по крайней мере, не содержали их в таких ужасных, унижающих достоинство человека, условиях. Да и крепостное право у нас отменили на несколько десятилетий раньше, чем европейцы работорговлю.
***
Вечером, за ужином на террасе ресторана «Африканская страна», обдуваемые океанским бризом, наблюдали погружение солнца в пылающий золотом залив. Потом было много музыки, зажигательных танцев, жизнерадостного пения; а после полуночи наш слух ласкал игрой на гитаре и губной гармошке колоритный, седокудрый негр.
Днем купил холщевые мешки, рулон параллона, веревки, выпросил у грузчиков две прочные коробки и тщательно упаковал все свои африканские покупки. А то у одной антилопы из черного дерева при перелете из Аруши в Занзибар уже рог сломали – багаж в аэропортах швыряют как кирпичи на стройке.
Ночью нас с Доктором атаковали полчища мелких муравьев. По ножкам кровати они черными ручейками затекали на постель и рыскали по телу. Пришлось каждые полчаса включать свет и освобождать себя и простыни от непрошенных гостей. В целом же страхи о тучах москитов и прочей летающей африканской нечисти, оказались сильно преувеличенными. У нас в Башкирии этого добра летом куда больше. Возможно, сейчас сезон, когда москитов мало. Не для декора же во всех отелях над кроватями висят противомоскитные балдахины.
***
С утра поехали на северную оконечность острова в местечко Нунгви. Это примерно в пятидесяти километрах от Стоун Тауна. Опять поразило обилие школ и детей. Все чисто одетые, на лицах радостные, счастливые улыбки. Глядя на них, веришь – у этой страны есть будущее.
Вместе с тем удивляет обилие недостроенных домов. Судя по тому, что дворы успели зарасти бурьяном, их строительство прекратилось несколько лет назад. И этот загадочный долгострой составляет не менее половины всех строений. В отличие от материка, дома здесь из диких, некрупных камней, обмазанных глиной. На материке же в деревнях в основном мазанки со стенами из переплетенных ветвей.
Пока добирались до места назначения, нас несколько раз тормозили на полицейских чек-поинтах. Стражи порядка бегло осматривали салон автомобиля и проверяли документы водителя. Нам поясняли – «Для вашей безопасности».
Колонизатор заметив, что водитель от монотонности дороги стал клевать носом, спросил его: «Роджерс, ты знаешь, представитель какой страны первым полетел в космос?»
- Американец, - уверенно отчеканил он.
Вот так! Умеют янки компостировать мозги. Поэтому в развивающихся странах не сомневаются, что американцы во всем лидеры. Большинство африканцев убеждены, что и Вторую Мировую войну они выиграли. Россия лишь слегка помогла. Не мешало бы нам поучиться умению США преподносить себя мировому сообществу хотя бы для того, чтобы народы знали истинный вклад России в историю человечества.
Последние три километра дороги к отелю, в котором мы забронировали четыре бунгало, представляли собой череду чудовищных испытаний кузова машины на прочность. То, что называется боковым ответвлением от дороги на всем протяжении покрыто базальтовыми выступами, о которые днище автомобиля скрежетало так, что мы сами физически ощущали боль. Местные власти и бизнес никак не могут разобраться, кому и за чьи деньги достраивать подъезды к прибрежным отелям и деревушкам, примыкающим к ним. Знакомая история…
Отель представлял собой расширяющийся к пляжу каскад из легких бунгало. Вокруг них декоративные кустарники, клумбы, горки. Наши бунгало стояли на первой линии, примыкающей прямо к пляжу. Песок на нем белый и мелкий как крахмал. Очень прилипчивый, с тела практически не осыпается. Перед тем как одеться, приходится его, специально рукой смывать.
Пляж тянется на многие километры широкой лентой, ограниченной с одной стороны океаном, а с другой кокосовыми пальмами, причудливыми скалами и корпусами отелей самых разных архитектурных форм и размеров. Вода здесь похолоднее, чем в Стоун Тауне. Всего 27ºС. Но это даже лучше – плавание в парном молоке сильно расслабляет, и на берег выползаешь уже без сил.
На ужин сам хозяин ресторана принес нам на блюде огромного лобстера – многоцветного морского рака. Он был столь велик, что мы, семеро здоровых мужиков, с трудом съели его.
Из обрывочных фраз я понял, что завтра, т.е. 15 марта, вечером планируются шашлыки. Поскольку у меня 15 марта день рождения (это по паспорту, а фактически 13 февраля по одним данным, 14 февраля по другим) я вмешался: «Мужики, чтобы не накупать лишнего, я вынужден признаться, что завтра мне исполняется 57 лет и все спиртное за мой счет». Ребята аж поперхнулись со смеху: - «Так мы все это в честь твоего дня рождения и задумали». Такое внимание друзей было чертовски приятно.
В нашем отеле отдыхают в основном итальянцы. Купаются они прикольно – зайдут по пояс в воду и стоят часами, разговаривают, а потом … выходят, даже не окунувшись. Как говорит в таких случаях один мой друг – «дикие люди».
***
Вечером оккупировали часть пляжа. Официанты поставили в трех метрах от линии прибоя столы, кресла. Доктор на жаровне мастерски приготовил рыбу дорада и филе барракуды. Оказывается, прежде чем класть рыбу на решетку жаровни, её (решётку) сначала следует прикрыть фольгой. Такой способ приготовления рыбы имеет неоспоримые достоинства – она не обугливается, лучше сохраняет собственный сок, и жир не горит на углях. Вторым заходом испекли королевские креветки, и допили десятилитровую бутыль превосходного вина. Эти простые натуральные блюда, приправленные соленым ветерком и призрачным светом кособокой луны, показались нам во сто крат вкуснее сложных, с кучей компонентов, творений самых искусных кулинаров.
Ребята пожелали мне несгибаемой молодости и сохранения способности достигать поставленных целей до глубокой старости. Завершили застолье в 23 часа, но мы с Колонизатором просидели с индусами и австралийцами в баре соседнего отеля аж до трех часов ночи. За это время, защищая честь России, мне удалось в армрестлинге уложить правой рукой четверых австралийцев, но на двухметровом мексиканце я споткнулся. В общем, погуляли с Колонизатором, вспомнили молодые годы… Видимо Занзибар это такое место, где становишься бесшабашным, как в юности.
Придя в себя после ночных похождений, сплавали с Колонизатором на остров, что в километре от берега. Когда заплыли на мелководье, наткнулись на огромную колонию осьминогов. Увидев ее, я в первый момент содрогнулся – показалось, что все дно покрыто клубками змей. Подплыв ближе, сообразил, что это извиваются пупырчатые щупальца осьминогов. Сколько их там было? Трудно сказать. Думаю не менее тысячи.
Берег острова представлял собой сплошную череду причудливых башенок, арок, острых зубцов, созданных многовековыми атаками океанских волн. Кромки камней, покрывавших мелководье и берег прибоем заточены до такой степени, что наши руки и ноги вскоре были покрыты кровоточащими порезами. С трудом пробились к песчаному пятачку и, скинув ласты, улеглись блаженствовать под лучами солнца.
Было приятно завороженно наблюдать, как ленивая волна расстается с берегом, что бы вскоре вновь обнять его, вслушиваться в тихий плеск воды и шелест листьев кокосовых пальм. На их вершинах дозревали тяжелые плоды. Мы на всякий случай отползли в сторону – не ровен час, килограммовое ядро угодит в голову, и хорошо если одно. Недаром здесь в людных местах не редкость таблички, заботливо предупреждающие: «Осторожно! Падают кокосовые орехи!»
Обратно к отелю я плыл один. Колонизатор, кратчайшим путем одолев пролив, возвратился посуху. Отклонившись вглубь океана, я очутился над грядой рифов. Кто только здесь не плавал между разноцветных окаменелых коралловых зарослей! Присоединившись к многоликой карусели, залюбовался непрерывной переменчивостью подводного мира. Красота невероятная! В такие моменты меня всегда охватывает ощущение, что я на другой планете. Настолько все вокруг необычно. Погружаясь в этот фантастический мир, я всякий раз испытываю детский восторг. Сколько уж лет плаваю под водой, а он так и не ослабевает. К таинственной, сказочной красоте подводного мира невозможно привыкнуть! Что интересно, плавать в наших пресноводных водоемах мне нравится больше, чем в южных морях. Причина видимо в том, что в южных морях подводный мир настолько богат и насыщен жизнью, что перестаешь реагировать на его изобилие. Это примерно тоже самое, если сравнить ощущение человека попавшего в зверинец и чувства человека, увидевшего дикого зверя в глухой тайге.
В нашей команде так прижились африканские принципы жизни (акуна матата, поле-поле), что только сегодня кто-то вспомнил о том, что на завтра у нас билеты на самолет, и что давно пора заказывать машину до аэропорта Стоун Тауна. Так что скоро будем дома, а дома такой ритм жизни, что никаких акуна, и тем более матат.
Вечером, выйдя в полном составе на берег, в последний раз полюбовались экваториальным закатом. Сегодня он напоминал извержение лавы из обугленного провала вулканических островов, торчащих на горизонте. Когда солнце, расплавленной каплей, наполовину погрузилось в их черноту, бронзовую рябь дорожки, тянущейся прямо к нашим ногам, эффектно рассек треугольный профиль парусника. В отчаянной попытке задержать хоть на мгновение гаснущие лучи, я зашел в тускнеющие блики и побежал вслед за светилом прочь от подступавшей тьмы. Веер соленых брызг чиркал прохладой по телу и рассыпался янтарным веером за моей спиной …
Еще один день жизни канул в лету. Побольше бы их, таких красивых и счастливых!...
***
Летим из славного, воспетого добряком Айболитом острова Занзибар в Дер-ес-Салам – самый крупный город Танзании, бывший в недавнем прошлом ее столицей (сейчас столицей является г. Додома).
Океан с двухкилометровой высоты выглядит краше, чем с берега. Сквозь изумрудную толщу воды отчетливо видны подводные хребты, песчаные барханы, рифовые барьеры, косяки рыб, расходящиеся углом жемчужные «усы» судов.
Не успели насладиться этой картиной, как показался Дер-эс-Салам: разбросанные на огромной площади малоэтажные постройки с размашистыми дворами. Изредка торчат «небоскребы» в четыре-пять этажей. Это видимо здания офисов или банков. Торговых центров не видно. В основном мелкие лавки. Улицы, покрытые асфальтом – редкость, по большей части пыльные грунтовки. В общем, не город, а гигантская деревня.
Летели всего 13 минут. Возможно это самая короткая в мире регулярная авиалиния.
Куахери* Танзания, джамбо Доха, здравствуй Москва и наконец салям (правда случится это лишь через два дня), столица Башкортостана – Уфа! Уф-алла!

*Куахери - до свидания (суахили)
Впечатлений уйма. Основное ощущение от путешествия – ты побывал в сказке в прямом и переносном смыслах. На душе хорошо, хотя немного обидно, что из-за какой-то заразы не поднялся на сам снежный купол вулкана Килиманджаро. Может оно и к лучшему. Кили теперь еще сильней будет манить и звать к себе: ведь особенно желанно то, чего еще не достиг.
Мое тело за время экспедиции настолько зарядилось и очистилось, что не покидает ощущение легкости, близкое к состоянию полета во сне.
На вопрос в чем причина притягательности Африки, я бы сейчас ответил так: в многообразии природы и своеобразии культур населяющих ее народов. А главное, где еще полюбуешься вблизи на такое невероятное обилие диких животных, свободно разгуливающих по саванне и девственным, тропическим лесам.
Не скажу, что я объездил весь мир, однако десятка полтора стран посетил. И что интересно – только после этой поездки я, наконец, осознал и прочувствовал то, что наша Земля действительно круглая и не такая уж она и большая.
Давайте, друзья, беречь наш общий Дом!

<< Стр. 1     << Стр. 2     Стр. 3,  Окончание

Автор: Зиганшин Камиль
г. Уфа

Фотографии предоставлены Национальным туристическим офисом Кении, http://www.magical-kenya.ru  

 

 

  © 2007-17 Strany.net

strany.net

фото | туры | путеводители | книги | сувениры | картины | рассказы о путешествиях | контакты |